как написать докладную записку о проделанной работе

В этот день, в 1906 году, родился Николай Гаврилович Чернышев – один из пионеров ракетной техники, инженер-полковник, доктор технических наук, исследователь химического ракетного топлива.
Основатель научной школы по химии ракетных топлив.

Родился на станице Казанской Кавказского отдела Кубанской области. Сын учителей сельской школы.
В 19261932 студент Донского политехнического института (Новочеркасск) и Ленинградского химико-технологического института им. Ленсовета (факультет бумаги и целлюлозы), в который перевёлся после третьего курса.
По распределению работал на ленинградской фабрике Гознака. С 1933 года старший инженер Газодинамической лаборатории, сектор В. П. Глушко. С августа 1936 по апрель 1938 г. начальник испытательной станции в КБ-7.
Участник войны, на фронте с 22.06.1941 по 08.09.1942, инженер-майор. Отправлен в тыл по ранению на должность начальника Лаборатории 5 НИИ 1 НКАП. Награждён орденом Отечественной войны 2 степени (1944).
Начальник отдела НИИ-4 МО СССР с ноября 1946 по январь 1953 года.
Автор монографии Химия ракетных топлив (1948), за которую в Институте нефти АН СССР Ученый совет присудил ученую степень доктора технических наук (минуя степень кандидата).
Умер 2 января 1953 г. в возрасте 47 лет. Похоронен на Ваганьковском кладбище.

Один из наших пионеров ракетной техники И.А. Меркулов назвал Н.Г. Чернышева “главным химиком космонавтики”. Несомненно, что проблема энергетики транспортных средств и топлива ракет с жидкостными ракетными двигателями (ЖРД) в космонавтике одна из важнейших по масштабам и важности. Этой проблеме уделяли внимание К.Э. Циолковский, Ф.А. Цандер, Ю.В. Кондратюк, В.П. Глушко, зарубежные ракетостроители. Первым, кто посвятил себя целиком изучению и опытам по синтезированию ракетного топлива, был Н.Г. Чернышев.

Н.Г. Чернышев родился 9 сентября 1906 г. в семье учителей сельской школы станицы Казанской Кавказского отдела Кубанской области (в анкетах он писал: “русский, кубанский казак”). В 1912 г. Чернышевы переезжают в Краснодар, где отец становится банковским служащим. Здесь Николай заканчивает начальную школу и продолжает учебу до второго класса в Кубанском Александровском реальном училище. В 1918 г. отец переходит на работу в г. Кропоткин Краснодарского края, и семья возвращается вновь в станицу Казанскую. С 1918 по 1920 гг. Николай учится в сельской школе и работает. В 1922 г. он, уже самостоятельно, уезжает для продолжения учебы в Краснодар. В 1924 г. ему вручают удостоверение об окончании 7-й советской школы II ступени (ныне средняя школа 36).

В 1925 г. Н. Чернышев приезжает в Москву для поступления в МГУ, но на экзамены опаздывает. Полгода он работает упаковщиком книг в одной из типографий. В январе 1926 г. Николай уезжает в Ростов-на-Дону, где в это время проживала семья его отца. Здесь юноша работает в потребительском обществе и продолжает готовиться к поступлению в вуз. В августе 1926 г. он становится студентом Донского политехнического института Новочеркасска. В том же году Чернышев подписывает с одной из организаций контракт по изучению химии целлюлозы и для выполнения этой работы переводится в Ленинградский химико-технологический институт им. Ленсовета на факультет бумаги и целлюлозы.

В годы учебы в институте Николай увлекся идеями К.Э. Циолковского и решает посвятить жизнь воплощению их в реальность. После окончания института в 1932 г. он работает по распределению на ленинградской фабрике Гознака. Позднее Н. Чернышева призывают на действительную военную службу, а затем, по его просьбе, откомандировывают в Газодинамическую лабораторию в сектор В.П. Глушко на должность старшего инженера. Вскоре он становится одним из ведущих сотрудников в области жидкостных ракетных двигателей.

Когда формировался Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ первая в мире государственная организация по разработке ракетной техники), Н. Чернышева назначают начальником отдела. Для работы в РНИИ в 1934 г. Николай Гаврилович переезжает в Москву. В короткие сроки Чернышеву удалось создать в институте химическую лабораторию для изучения проблем кислородных ЖРД. В 1934-35 гг. он работает над доработкой двигателей ОР-2 для пилотируемого ракетного самолета и 12К для крылатых ракет С.П. Королёва. Н.Г. Чернышев принимает участие и в организации моторной лаборатории.

Из автобиографии ученого ясно, что проделанный им путь в ракетостроении не был прямым и безмятежным. Возникший в руководстве РНИИ конфликт, обусловленный различной оценкой роли ракет с ЖРД и пороховых ракет привел к сокращению объема работ по жидкостным ракетам. С.П. Королёв был понижен в должности, а бывшие сотрудники РНИИ Л.К. Корнеев и А.И. Полярный организовали новое конструкторское бюро (КБ-7) для продолжения работ над жидкостными ракетами. Николай Гаврилович из-за разногласия с руководством института увольняется из РНИИ и переходит на работу в КБ-7, где ему обещают создать условия для продолжения опытов с жидкими топливами. Там он проработал с августа 1936 г. по апрель 1938 г. в качестве начальника испытательной станции. На станции проводились стендовая отработка кислородных ЖРД и летные испытания ракет. В этот период им написаны и опубликованы статьи о применении озона в ракетной технике.

В июне 1941 г. Н.Г. Чернышев уходит добровольцем на фронт, был ранен, но остался в строю, участвовал в боевых действиях у партизан. За доблесть и мужество, проявленные в боях, он награжден двумя орденами Отечественной войны 2-й степени и медалью “Партизану Отечественной войны” 2-й степени (ею он особенно гордился).

В конце 1942 г. Николай Гаврилович был отозван с фронта и приступил к работе по тематике жидкостных ракет в Научно-исследовательском институте 3 СНК СССР. Н.Г. Чернышева назначили начальником химической лаборатории. Основными направлениями его научной деятельности стали исследования новых жидких топлив и подготовка материалов книги. В поле его внимания были проблемы использования жидкого водорода в ЖРД. Беспокойный характер, смелость в поисках новых решений по жидким топливам, прямота суждений и независимость вынудили его уйти из института, и он решает организовать самостоятельные исследования для реализации собственных идей. В последующие годы ему приходится часто менять место работы. С 1946 г. он работает в составе группы М.К. Тихонравова в НИИ-4 (ракетной техники) Академии артиллерийских наук, которая была создана после окончания войны для исследования проблем артиллерии и ракетной техники.

В 1946 г. Алексей Иванович Нестеренко (начальник космодрома Байконур в 1955-58 гг.) как начальник НИИ-4 был в Главном управлении кадров министерства, где встретил своего руководителя А.И. Соколова. Соколов сказал ему, что в управлении находятся М.К. Тихонравов и Н.Г. Чернышев с новым проектом (имелся в виду проект вертикального полета человека “ВР-190”). Знакомство состоялось. А.И. Нестеренко выслушал рассказ о проекте. Позднее он вспоминал, как Чернышев убедительно доказывал, что советский человек в космосе должен быть первым. Специалисты понравились начальнику института, но, к сожалению, проект не укладывался в тематику и сверстанный уже план научно-исследовательских работ. Поэтому Алексей Иванович предложил Тихонравову и Чернышеву перейти с группой сотрудников работать в институт, а проектом заниматься вне плана.

Работа над созданием ракетных топлив в НИИ-4 Чернышевым велась весьма успешно. Она получила обобщение в монографии “Химия ракетных топлив” (1948 г.), долгое время остававшейся единственным пособием для подготовки специалистов. Монография была представлена Николаем Гавриловичем как диссертация на соискание ученой степени кандидата технических наук. Во время защиты в Институте нефти АН СССР Ученый совет присудил ему ученую степень доктора технических наук. Позднее ученым была создана своя школа.

Николай Гаврилович никогда не оставался безразличным и безучастным к делам, происходившим вокруг него. Поэтому не удивительно, что он начал работать в группе М.К. Тихонравова. Осенью 1945 г. в отделе стал разрабатываться ныне хорошо известный проект “ВР-190”. Тем более, что сама идея стратосферной ракеты родилась на совещании в квартире Н.Г. Чернышева. На основе немецкой баллистической ракеты У-2 (А-4) была разработана ракета-носитель для вертикального полета двух пилотов на высоту до 200 км.

Чтобы реализовать столь амбициозный проект, надо было найти заказчика. Активную роль в пропаганде проекта сыграл Н.Г. Чернышев. В 1946 г. он совместно с Тихонравовым прошел все инстанции, чтобы дать жизнь проекту. В феврале проект “ВР-190” доложен секретарю АН СССР, академику Н.Г. Бруевичу. В марте подана докладная записка президенту АН СССР С.И. Вавилову. Представлен проект был и в Министерство авиационной промышленности, что позволило экспертной комиссии под председательством академика С.А. Христиановича дать положительное решение. В июне состоялись совещания у министра авиационной промышленности М.В. Хруничева.

Н.Г. Чернышев и М.К. Тихонравов даже направили в мае 1946 г. письмо И.В. Сталину по тому же вопросу. Вот небольшой отрывок из него:

“Дорогой товарищ Сталин!
Нами разработан проект советской высотной ракеты для подъема двух человек и научной аппаратуры на высоту 190 километров. Проект базируется на использовании агрегатов трофейной ракеты ФАУ-2 и рассчитан на реализацию в кратчайшие сроки…
Помимо научной и технической важности, проект, по нашему мнению, содержит элементы громадного политического и общественного значения, своевременная реализация которых позволит нашей Родине вписать страницы славы и бессмертия в анналы истории цивилизации…
Изложенное, в силу… исключительных перспектив, являющихся следствием дальнейшего, уже продуманного нами, развития проекта, заставляет нас, товарищ Сталин, обратиться к Вам с просьбой о помощи в деле развертывания работ, направленных к росту славы нашей Родины и расширению горизонтов науки.
По поручению авторов высотной ракеты-190,
Инженер-подполковники

Тихонравов М.К.,
Чернышев Н.Г.”

На этом письме И.В. Сталиным начертана резолюция: “…предложение интересное рассмотреть для реализации”.

Для продолжения работ в НИИ-4 была утверждена тема исследований “ВР-150” (“Ракетный зонд”). В 1948 г. С.П. Королев отозвался на эту инициативу: “Необходимо продолжить работу авторов проекта “ВР-150” применительно к текущим практическим задачам. Первым этапом такой работы может быть осуществление безопасного спуска отделяющейся головки с приборами (“Ракетный зонд”, предлагаемый авторами проекта “ВР-150″)”. Эта идея авторов реализовалась в проекте возвращаемых космических аппаратов, в том числе и пилотируемых. Сам же проект “ВР-190” осуществился совершенно в ином виде. Однако М.К. Тихонравов и Н.Г. Чернышев в нем не участвовали.
Николай Гаврилович активно боролся за установление отечественных приоритетов в области ракетной техники. Любопытен эпизод, связанный с выходом в свет книги С. Вешенкова “Испытатели”. Стремясь исправить ошибку автора, Н.Г. Чернышев пишет статью “Некоторые малоизвестные моменты из истории отечественной ракетной авиации” в журнал “Вестник Воздушного флота”, но редакция ее отклоняет. Он предлагает для Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний (общество “Знание”) публичную лекцию “Некоторые вопросы истории ракетного оружия” и добивается получения положительного решения. А через некоторое время общество “Знание” предлагает Николаю Гавриловичу прочитать лекцию “Проблемы межпланетных сообщений в трудах К.Э. Циолковского и других советских ученых”. Отзыв на подготовленный текст пишет М.К. Тихонравов, рекомендующий ее не только для чтения, но и к изданию отдельной брошюрой (она вышла в свет в 1953 г., уже после смерти ученого).
Еще одно направление творчества ученого поиск методов противовоздушной обороны (ПВО) районов страны. Пятнадцать лет он разрабатывал эту идею, о существе которой ни с кем не делился. Он нашел решение проблемы в январе 1952 г., находясь в госпитале.
Деятельность Н.Г. Чернышева, сделавшая его крупным ученым, к сожалению, подорвала его здоровье (сказалась работа на протяжении многих лет с токсичными веществами).

Через полгода Николай Гаврилович снова в госпитале, и вновь инфаркт. К середине 1952 г. проблема ПВО проработана до такой степени конкретизации и убедительности, что он решает снова написать письмо И.В. Сталину. Несколько строк из письма: “В течение многих лет, одновременно с основной работой я трудился и над проблемой защиты крупных городов страны и важных объектов фронтовой полосы от налетов вражеской авиации. Я ставил задачу разработать такие меры защиты, которые обеспечивали бы 100% изоляцию объектов от проникновения к ним… самолетов противника, независимо от массовости налета. В настоящее время пути решения этой задачи мною найдены. Они оказались достаточно простыми и опирающимися на легко реализуемые и недорогие технические средства”…
Это письмо от 27 июня 1952 г. Зоя Григорьевна (жена ученого) отвозит в Кремль. 2 июля того же года из секретариата заместителя Председателя Совета Министров СССР Н.А. Булганина ему приходит уведомление о встрече. Поехать в Кремль Н.Г. Чернышев из-за болезни не мог, к нему в госпиталь, как рассказала Зоя Григорьевна, приезжал референт Н.А. Булганина и долго беседовал. Что это был за проект и какое было принято решение пока неизвестно.
Н.Г.Чернышеву оставалось жить всего полгода. Он уже не мог повлиять на судьбу так долго мучившей его задачи, и она оказалась нереализованной. Известный ученый-ракетчик Ю.А. Победоносцев считал, что идея Николая Гавриловича опередила свое время на 20 лет и время ее тогда еще не пришло…
Умер Н.Г. Чернышев 2 января 1953 г. После смерти в кармане его кителя был найден небольшой листок бумаги с карандашным чертежом ракеты, формулой и специальными терминами, а на другой стороне написан текст: “Мой адрес на случай внезапной смерти: Москва, улица Красина, дом 27, кв. 2. Чернышев Н.Г.”. Он знал, что очередной инфаркт его сердце не выдержит.

Его именем назван кратер на Луне.
Присвоено звание Почетный гражданин города Юбилейный за выдающийся вклад в становление отечественного ракетостроения (решение Совета депутатов от 26.05.2005 150).
Награждён орденами Отечественной войны 2 степени (1944, 1945), Красной Звезды (1944), медалью Партизану Отечественной войны 2 степени (1943) и другими медалями.

Leave a Comment